?

Log in

No account? Create an account

Медленно жить

Молчание сегодня дороже слов. Голос ценнее написанных текстов. Хорошие книги приятнее, чем долгожданные новости.  


Иногда мне кажется, что я типичный интроверт. Я защищаю себя от рабочей загруженности и шумных выходных в компании друзей, если чувствую, что истощена и нахожусь на грани. И даже, по-честному, об этом не сожалею. В такие периоды я осознаю, что жизнь моя в медленных минутах наблюдения и подслушивания. Мне приятно расходовать своё время на мысли и книги. И чтоб сохранить равновесие, усилить чувство жизни, я берегу свою тишину.


   А потом, наполнившись, я могу быть экстравертом: дёргать за рукава одежд друзей и тянуть их в кафе, ходить с детьми в музеи, парки, магазины, по гостям. Мой план визитов и дел может быть расписан на полтора-два месяца, и наша семья пускается в гастрольный тур по области, чтобы жечь свои сердца, тратить смешинки, слезинки, дерзинки… Взяв такой ритм, мы звучим радостным гимном, и все вокруг думают, что у нас так всегда.    


Но утренники и вечеринки проходят, а с ними родительские собрания, фильмы, театры, гости и деловые проекты. И наступает время аутистического наслаждения. Мы с мужем и детьми лезем в свою берлогу, прижимаемся теснее друг к другу и начинаем медленно жить. Мы меньше едим, меньше тратим и почти никуда не вылезаем. Мы больше спим, обнимаемся и чаще смотрим друг другу в глаза. 


Read more...Collapse )
Никогда не мечтала работать с патологией. Насмотрелась ее еще в университете, разбирая и записывая истории болезни реальных людей, чья психика расщепилась, поплыла, неслась по грунтовке. Было и смешно где-то, но в основном больно и страшно. Пугала бездна, в которую были погружены эти люди с маниями, фобиями, неврозами, шизофрениями...
🌿
По ходу моей жизни стал вырисовываться мой собственный рисунок профессиональной деятельности. Узор этот складывался вокруг детей, женщин, семей. С мужчинами дело обстояло сложнее, и этому есть своё объяснение. Но об этом как-нибудь потом.
🌿
Так вот о патологии. Согласно, давней шутке, нет здоровых людей, а есть недообследованные. У всех свои тараканы. Но есть те, кто имеет ресурсы компенсироваться и жить в радости, а есть обратные случаи. Вот в этом втором варианте есть еще несколько степеней нарушенности. В самых крайних представлениях для меня в эту категорию попадают и люди с сексуальными расстройствами. И вот никогда бы не подумала, но оказывается, они смотрят сайты с анкетами психологов. И не просто так. Они звонят понравившемуся специалисту и шепотом начинают говорить о своих «проблемах». Они якобы готовы записаться на прием (хотя ты говоришь, что не работаешь с мужчинами), но вот именно сейчас им срочно нужно задать один ☝🏻 очень важный вопрос. И начинается:
«я не знаю, как сказать», «я не знал, как подойти к этой теме», «вы можете поговорить со мной по телефону, чтобы вас никто не слышал» (в это время супруг и сын странно провожают тебя взглядом, уходящую за дверь, а потом, лежа под ней, пытаются подслушать) и т.д. А дальше мужчина в телефоне, назвавшийся Алексеем, Рамилем, Рудольфом, Степаном (любое другое имя),сыплет словами sex направленности. И таким образом строит свой вопрос, чтоб твой ответ также содержал эти слова.
🌿
Первый раз я попалась на эту удочку и вежливо вступила в беседу, отвечала на вопросы, рекомендовала центры, где занимаются этими проблемами. Пока не услышала в трубке предыхание. Голос на том конце просил еще раз повторить то самое слово, и еще ( он не услышал ведь)😶С тех пор не верю, не повторяю, не объясняю. Коротко говорю основную инфу и бросаю трубку, иначе беседа не окончится.

Интернет сделал доступнее базу услуг с контактами, и неудивительно, что кое-кто использует ее для своих грязных дел. Хоть удаляй все анкеты с профессиональных сайтов...

О даче

Вопреки весеннему календарю погода плохо принимала перемены межсезонья и упорно держала низкие температуры. К выходным она совсем ушла в уныние и вновь разрешила зиме навести порядок. Снежная королева рьяно взялась за дело и за пару часов замела оттаявшие земли колючей порошей. Сердитая на апрельскую оттепель, она обошла всё Поволжье, заставив природу отсрочить пробуждение. Зима кутала города и поселения в слои ледяного воздуха и серых облаков. Набухающие почки, просыпающиеся ёжики и вернувшиеся грачи осторожно наблюдали за капризами погоды.

В те дни мы спланировали ехать на дачу, нас поджимали сроки высаживания роз. На город надвигалась хмарь. И набив машину саженцами и тёплыми вещами, мы выехали из него. Когда прибыли на место, весна почти полностью сдала свои позиции холоду.

Вадим затопил буржуйку. Печка дымила по-чёрному и нехотя отдавала жар. Я прибралась в комнате и согрела детям чай. Они хорошо устроились на матрасах с печеньем, одетые в шапки, куртки и сапоги. Дом встретил нас прохладно, он еще спал. И мы его потихоньку будили своими голосами и теплом.
Надев зимний пуховик, я пошла размещать саженцы. Несколько часов с перерывом на горячий чай мы с Вадимом селили розы по схеме, которую я рисовала еще зимой. Посадили почти всё, не считая нескольких кустов, которые было решено оставить до следующего раза. Было ошибкой полагать, что мы сможем одолеть такой объём посадок за один приезд. Печка остыла, сухие дрова кончились, дети замаялись, я замёрзла, Вадим устал. Уезжая, обратно в город, я волновалась, как укоренятся цветы, пойдут ли они вообще.

В мае стало понятно, что саженцы принялись и пошли в рост. Но оказалось, что в том месте, где разместился основной розарий, растёт клубника. Да так много, что пришлось задуматься о пересадке либо роз, либо ягоды. Расстроившись, что я так невнимательно оглядела участок по лету год назад, когда мы его покупали, я присела на лавку и попыталась вспомнить, каким он был в прошлом году.

Там, где сейчас набирала силу газонная трава, посеянная мужем, было вспаханное поле под картошку. Теперь слева тянули ввысь свои маленькие макушки яблони и вишня, а справа, поближе к дому, мы расположили маленькую голубую ёлочку. Лет через 40 она превратится в сочную хвойную барышню и по вечерам будет расстилать тень на беседку, где самые близкие и милые сердцу люди будут собираться на чай со смородинным листом, а может даже на домашнее вино. Точно, надо посадить виноград. Пока он разрастётся, Вадим научится гнать вино.

По канту нашего участка громоздко нависают пять старых яблонь. Они дают много плодов, которые сгнивают ещё на ветках. Надо подлечить этих старушек, они ещё нам пригодятся. Деревья росли вместе с детьми предыдущих хозяев, они помнят их. Молчаливые хранители воспоминаний, они стали им не нужны. С ними расстались, потому что некому ухаживать, а подросшим детям понадобились деньги, а не земля. Интересно, а мы сможем удержать равновесие и не скатиться до денег? Сможем ли ценить эту землю? Или поиграемся и продадим? А как же тогда беседка со смородиновым чаем под тенью ёлочки?

Встаю и иду любоваться садом. Касаюсь древних кустов красной смородины, замечаю молодые побеги пионов, чей цвет мне пока неизвестен, и иду к клубнике, которую решаюсь освободить из розового плена.

Тема сложная и извечная. Всякий ребёнок когда-то врёт, просто у каждого свой масштаб. Этому они учатся у взрослых, которые сначала играют с младенцами в «ку-ку», то исчезая за ладошками, то появляясь, а потом прячут конфеты от детей и говорят, что их нет. Во лжи нет ничего плохого, если она не приобретает криминальный характер и не становится механизмом для выживания человека, укореняясь в тёмных уголках его личности. Да, неприятно, когда тебя обманывают. Да, тревожно, но не смертельно. Дети часто используют обман, чтобы адаптироваться к реальности. Сейчас попробую объяснить как.

Если взрослые ежедневно нажимают на ребёнка и контролируют каждый его шаг, то тот в какой-то момент начинает очень хорошо понимать, какие его личные действия влекут за собой наказание. И поскольку наказания приносят печаль, а может даже и боль, то ребёнок будет скрывать факт своих «неправомерных» действий. Другими словами, если ругать ребёнка за «двойки», то школьник просто будет придумывать способы скрыть их. И чем больше родитель будет давлеть над дитём, тем изощрённее будут методы покрывания «грешка». Ну слышали же истории, как из учительской пропадали классные журналы, после чего их больше никто не видел?

То есть если я не могу учиться на «пять» и мне страшно, что со мной сделают за мои «двойки», то я просто буду их скрывать и врать до тех пор, пока есть такая возможность, хоть это и временная мера. Я не люблю наказания, поэтому избегаю их.

Если детям не дают лгать, что бывает в ситуациях, когда ребёнок не бывает наедине с самим собой, и к нему всё время приставлен какой-либо взрослый (мама, няня, учитель, бабушка и пр.),то в этом случае детский организм включает «аварийный режим» и уходит в болезнь. Под болезнью здесь я имею в виду нарушение любых физиологических процессов, от недержания мочи до сахарного диабета. Как только детям возвращают их право на ложь, завершается острая фаза нейродермита и отступает логоневроз. Но не навсегда, как можно понять.

Ложь – как способ адаптации к реальности, нужна, чтоб защищаться и избегать неприятностей. Никто не лжёт, потому что это просто прикольно. Нет, это не весело. Тому, кто сам сеет обман, на самом деле нелегко. Он ведь понимает, что говорит о том, чего не происходило наяву. И это сильный удар по самолюбию. Враньё – всегда необходимость, а не блажь. Если человек реально верит в своё враньё, то вероятнее всего, он находится на попечении в дурке.

Но вернёмся к детям. Родители волнуются, когда дети врут, и не зря. Но я бы на это смотрела не так: «Ага, ты солгал! Значит, ты не уважаешь родителей и ступил на кривую дорожку». Детская ложь – повод задуматься над тем, «как же я давлю на ребёнка, что он не может мне рассказать правду и боится меня». А ещё бывает такоё лёгенькое «административное» враньё, когда дети сыплют небылицами: что плавали с китами, с Путиным чай пили, неделю одни в лесу жили и прочее. Зачем это нужно детям? Они заполняют этими сказками какие-то свои прорехи. Ребёнок, который доволен своей жизнью, не будет заимствовать чужие истории и придумывать небылицы. Он может позавидовать другому малышу, потому что у того крутая игрушка, но не станет говорить, что у него точно такая же дома, если её там нет. Он знает, что сможет отнести эти чувства к родителям и те ему их растолкуют, поддержат его и обнимут. А тот, у которого нет такой возможности, соврёт, что он завтра в космос летит вообще-то.

Когда мне было четыре или пять, я впервые поняла, как может быть приятна ложь. Чтобы привлечь внимание детсадовских детей, я складывала ладошки лодочкой и прижимала их к себе, как будто у меня в них что-то лежит. Затем я прохаживалась по группе и как бы невзначай сообщала окружающим, что у меня тут хомячок. Вокруг меня собиралась небольшая компания из малышей, который требовали, чтоб я им показала хомячка. Я в свою очередь не торопилась разоблачаться. Я с восхищением «описывала» своего милого друга, какой «он миленький и пушистенький», «как вкусно пахнет». Толпа визжала и просила подержать в руках. И тут я показывала свои пустые ладони и говорила, что он убежал. Этот трюк работал на ура, и я проделывала его не один раз. Эти минуты внимания детворы, которая хочет с тобой сейчас дружить, обменять лучшие куклы и машинки на хомячка, ложились на мою душу как фланелевая заплатка с аккуратными стяжками. Они помогали мне почувствовать себя счастливой тогда, когда мне собственных ресурсов для этого не хватало.

Поэтому, если ложь – про грех, то точно не про детский. Но я предпочитаю рассматривать «враньё» как симптом. Симптом какого-то неблагополучия. И чтоб его устранить, нужно работать над причиной, а не лечить дизентерию таблеткой от поноса.

Фото: из интернета
Оставляла двух детей и собаку на два часа одних дома. Приезжаю, меня встречают как дорогого гостя.
Старший говорит:
- Смотри, мам, сколько я паззлов собрал!
Той, что помладше, тоже есть, что мне показать. Держит в руках металлический поднос с пластиковой едой и ласково так говорит:
- Я приготовила тебе обед, мамочка!

Идиллия, не считая бардака, но и фиг с ним.
- А Зина что делала? - спрашиваю, а сама быстро по подоконнику взглядом пробегаю, целые ли горшки с цветами. Целые, ничего себе!
- Она на вашем диване спала, - доложила Люська.
- А что еще делали вы?- интересуюсь и пытаюсь расчистить себе место на одном из детских диванов, чтоб сесть и обед "отведать".
- Читали. Я - "Снежную королеву", а Люся "Паддингтона", - докладывает и улыбается Костя.

Как-то аж приторно стало мне от таких правильных детей.
- Что ж, и мультики не смотрели? - спрашиваю я, пытаясь разбавить привкус сахара во рту.
- Смотрели... - признается дочь и добавляет, - про то, как зебра родила зебренка.
- Представляешь, на их землях пропала трава, и зебра ушла в чужеземье к шакалам. Там она почти сразу родила зебрёнка! - очень вдохновенно поясняет Костя.
- Жалко только, что не показали, как родила... - с сожалением добавила Люська и мило опустила глазки.

🌿Нормальные у меня дети, успокоилась я. Во рту сразу хорошо стало. "Слава Богу, по телеку не показали, как зебра рожает" - поймала я свою мысль. Потом съела самый вкусный суп из кукурузы, поцеловала две пряничные макушки и пошла на кухню исследовать, что ели эти двое.
Почти исчезли пряники. На столе батарея стаканов с водой и лимонадом, вся поверхность припорошена крошками. А я волновалась, что меня встретят голодные глаза... Сзади меня стоит Люська и, глядя, как я озираюсь, решает прокомментировать:
- Мы съели остатки копченой грудинки и запили ее квасом. Потом Костя перешел на пряники, а я на сушки.

Очень довольная дочь сканирует мою реакцию. Поняв, что я не очень поражена, напоминает про роды зебры.
У меня хорошие дети:)

О пользе дурачества

Недавно в одной публикации нашла правильную мысль, суть которой можно выразить в нескольких словах. «Если вы, когда играете с ребенком или читаете ему книгу, делаете это с серьёзным видом, эта деятельность напрасна». Посмотреть на себя со стороны сложно, но можно. Попробуйте снять видео того, как вы общаетесь с ребенком, и если вам оно понравится (а точнее то, как вы там выглядите), значит это никуда не годится. Иными словами, нам, взрослым, должно быть немного неловко за то, какими мы выглядим, взаимодействуя с детьми. Чем экспрессивнее наши эмоции в общении с ними, тем лучше.

Я привыкла гримасничать с детских лет, а потому не очень люблю видео и фото со мной, сделанных врасплох и исподтишка. На них я выхожу обезьяной,- удивлённой, испуганной или слишком веселой обезьяной. Чтобы добиться красивых кадров, мне необходимо контролировать свою мимику, и в целом делать это нетрудно, но в жизни я такая, какая есть. Живая мимика и смех, который у меня всегда где-то очень близко, помогают мне в профессии. Дети в восторге от того, что быстро получают реакцию на их действия или слова.

Допустим, малыш выводит каракули фломастерами на ватмане и вдруг говорит, что такие большие круги у него впервые получаются ровными, и тогда я незамедлительно подхватываю: «Вот это да! А какие были до этого???». Мои брови при этом уходят высоко, собирая морщины на лбу. Ребёнок слышит и видит мой восторг, что очень важно, и тоже начинает улыбаться глазами, но только чуть-чуть, потому что стесняется. А дальше рассказывает, что рисовал круги-овалы, кривые кольца и вообще ему больше нравится чертить по линейке квадраты. И это всё связочки, пуговки, петельки, которых я касаюсь, чтоб приблизиться к малышу, зайти в его волну.

Также и дома. Даже после длинного рабочего дня я стараюсь дать своим детям эмоции, когда они рассказывают о своих новостях, печальных и радостных. Иногда уже и бровь не поднимается, и голос прячется где-то в утробе, но я стараюсь. И как-то это уже на автомате. Наверное, потому что мои родители были такими же. И отец, и мать, иногда преодолевая болезненные чувства, в которые были погружены сами, слышали нас, детей, и реагировали соответственно. И в этом мы слышали уважение к нам, а потому старались со своей стороны тоже дать им поддержку.

А ещё у меня много классных воспоминаний о том, как мама пела тарабарщину по мотивам американской попсы и кривлялась под свои же песни, как сумасшедшая. К ней мог присоединиться отец, и тогда это был уже дурдом. Мы с братом учились этому у них на подсознательном уровне, не специально, конечно. Хотеть и мочь быть смешным возможно, только если разрешаешь себе быть таким. А если ты думаешь о том, как ты сейчас глупо выглядишь, то это уже не весело. Дети родителей, которые боялись оказаться в дурацком положении и стать причиной для забавы, вероятнее всего, будут тоже этого бояться.

Я танцую с кастрюлями и тоже сочиняю тарабарщину. Не передать, как это забавляет сына и дочь! С маленькими клиентами я инсценирую смешные сюжеты, говорю противными и писклявыми голосами, совершаю от имени персонажей дурацкие поступки, хулиганю и ругаюсь веселыми словечками. Почти все родители подслушивают под дверью кабинета и пытаются вообразить, чем мы там занимаемся, и не исключаю, что на фоне этого могут сомневаться в моей профессиональной компетенции. Безусловно, я всегда рассказываю мамам и папам о том, что дурашливость (читай- «детскость») с маленькими детьми гораздо терапевтичнее, чем разговоры о том, что «не надо бояться темноты», «прекрати грызть ногти», «драться – это плохо».

Смех и эмоциональная открытость помогают нам заглянуть в душу ребёнка. Если дети легко шутят с вами на глупые темы, смеются над анекдотами и выражением лица, тогда вероятнее всего, им не будет стыдно рассказать вам, что их на самом деле беспокоит (иногда тоже что-то очень глупое, по меркам взрослых, и незначительное). Но к сожалению, не всем родителям удаётся легко эмоционально подключиться к ребёнку, гораздо чаще они стремятся вычленить из новости факты и оценить их как «плохо» или «хорошо», а это скорее про ярлыки, но не про чувства и эмоции.

Дурачьтесь, кривляйтесь, не бойтесь быть смешными и печальными, мы же живые! Или…?

Фото: из интернета

Лето у бабушки

Домашние яйца, сваренные в мешочек и растолченные в чашке вперемешку с мякишами белого хлеба. Чуть подсоли и можно подавать. За столом ждут завтрак две вертлявые девочки. Та, которая постарше, положила голову на руки и смотрит на младшую сестру. Обе только проснулись, и сил у них на хулиганство пока нет. Вот позавтракают, и начнётся…

Бабуля варит каждой внучке по парочке яиц, но этим двум хочется больше. Один раз она пошла у них на поводу и размяла в чашке для каждой по три яйца,- не доели. Зато теперь есть чем крыть, когда те смотрят полуголодными глазами на неё и просят ещё. После завтрака бабушка даёт каждой внучке по глубокой миске и отправляет на грядки с клубникой: «Одну кушай, другую – в миску клади».

На дворе солнце. «Побежали, кто быстрее к грядкам!?» - старшая придумала и стремглав рванула из дома, не потрудившись застегнуть босоножки. Младшая в калоши запрыгнула и припустила следом, но на середине пути поняла, что не догнать, и пошла спокойно. Идёт и думает, как бы ей обратно быстрее первой скомандовать и прибежать, не забыть бы.

Бабушка моет посуду на летней кухне и наблюдает в окно, как две растрёпанных головушки среди клубничных кустов мелькают. «В косы бы их», - мечтает. Одна почти выгорела и теперь светло-русая, другая черная как смоль. У одной волосы до лопаток кольцами вьются и путаются, не расчешешь после бани, у другой – короче, но густые и плотные, тоже вьются и не слушаются. Две пары рук и ног, искусанных комарами да слепнями, небрежно отодвигают листья ягоды, шуруют среди зелени. «Опять, кто быстрее» - догадывается бабуля, перекладывая посуду из таза с мыльной водой в алюминиевое корыто с чистой, после чего вытирает руки о полотенце, и выходит на улицу.

- Катя, куда торопишься? Каждый кустик посмотри, ягода специально прячется от вас. Знает, что вы лентяйки с Аней, и прячется. А ты найди её, покажи, какая ты глазастая да умница, и младшая за тобой повторять начнёт, - говорит Ба, а сама куст обирает. Горсть ягод сняла со стеблей, пополам разделила на глазок и обеим внучкам отдала. Младшая, та, что Аня, обгоняет старшую по ягодам и повторять за ней даже не думает. Что это ещё такое, у неё своё мнение есть. Мысли все о том, как бы поскорее собрать клубнику да крикнуть «бежим назад, кто быстрее», чтобы первой быть.

Собрав по миске сочной ягоды, мчат домой, сломя башку. Бабушка встречает их у порога: лицо камень, губы ниточки, прищур с укоризной. Девочки головы опускают, но хихикают, шельмы, и осторожно в кухню пробираются. Ба моет ягоду и достаёт из холодильника молоко деревенское, будет «пища богов»! Мнёт ягоду в тарелках, а сама им про войну да про детство своё рассказывает, как отец без вести пропал, как кушать хотелось, как со старшей сестрёнкой маме во всём помощницами были. Глаза у неё сразу краснеют и влажными становятся. Историю эту Катя и Аня уже сто раз слышали, но перебить не смеют, любят они бабулю, хоть и озоруют частенько.

Второй завтрак полностью приводит в бодрое чувство двух хулиганок, и те скачут по своим делам: надо куриц в сарае проверить, колорадких жуков собрать и устроить им кругосветку на плотах в жестяной ванне, поесть ранетку на заброшенном участке соседа, покорить второй этаж стройки напротив….


Фото: картина Игоря Римашевского "К бабушке в деревню"

  


Недавно отправили сына в лагерь с космическим названием. Визуально никаких космических объектов на территории не обнаружено и архитектура весьма обычна, поэтому, в чем фишка названия, я так и не поняла. Вероятно, суть кроется где-то глубже, а может быть и вовсе засекречена, как водится у нас в стране. 


Просто я вспомнила свой первый лагерь «Спартак», название которого подтверждало философию и быт организации. Нет, я не была спортивным ребёнком, и в 9 лет скорее любила занятия музыкой, нежели физкультурой, но в то лето только в «Спартак» давали бюджетные путёвки на маминой работе. Родители сочли это за плюс, поскольку видели во мне потенциал, иначе зачем на двадцать с лишним дней отправлять домашнего ребёнка жить в фанерных домиках с удобствами в лесу? Настало время рассказать всё.


Поездке в лагерь предшествовала унизительная процедура на выявление вшей. Проводилась она прям на площади возле Дворца спорта. Дети выстраивались в длинные очереди к двум-трем тётям-педиатрам, которые уверенными переборами пальцев тревожили волосы и обнажали розовую кожу, чтоб выявить скрытых педикулёзников. Потом чистых на голову ребят загружали в автобусы и увозили прочь из города оздоравливаться по разным лагерям. Меня и ещё целую ораву детей на нескольких автобусах повезли в «Спартак». 


Read more...Collapse )


Фото: из интернета

Школа, двойки, каникулы

Мои первые летние каникулы случились очень кстати. К концу мая меня уже сильно достала школа, пешая дорога до неё, а также учительница, которую я считала доброй, но в итоге разочаровалась. З.Н. нещадно ставила мне двойки в прописях за не сделанную домашнюю работу, а однажды прямо на уроке влепила мне тройбан, потому что я выполнила не то упражнение, которое надо было.

Дневник, зелёный с серыми листами, был никому не интересен. З.Н. не проставляла в нём оценки, а родители, если и заглядывали в него, то видели там лишь то, что я хотела им показать. Дневник стал лжедокументом, - на его страницах я лёгкой рукой в ровных квадратиках рисовали себе пятёрки, которые так радовали мою маму!

Стоял тёплый май. Назавтра была линейка, на которой мы, первоклассники, должны были поздравлять выпускников школы с последним звонком. З.Н. велела принести с утра тюльпаны. Вечером мама сходила за цветами на рынок и отгладила мне нарядную блузку. Уже перед сном что-то дёрнуло её залезть ко мне в портфель и полистать прописи… Этого я никак не ожидала. Вот зачем? Зачем надо было портить настроение себе и мне? Совершенно оглушённая оценками мать сдерживалась, чтоб не оттаскать меня за уши. Мне было стыдно и неловко. Перед сном ругаться не стали, потому что сил уже не было, оставили разговор на завтра.

На следующий день я, нарядная и невесёлая, явилась в класс, зажимая в руке семь тюльпанов. Таких, как я, было не много. Основная часть детей забыла сказать родителям о цветах и парадном виде, поэтому пришли в школу кто в чем и без тюльпанов. К моему сожалению, мой небольшой букет, как и цветы других моих одноклассников, З.Н. раздербанила, распределив общее их количество между всеми ребятам. Так я поняла, что такое коммунизм, и перестала с трепетом смотреть на портреты Ленина.

Вручив выпускникам тюльпаны и спев душераздирающую песню о школе, мы, первоклашки, получили от них фломастеры. День был жаркий, почти каникулярный. Я шла пешком домой через дворы и заброшенный детский сад, в очередной раз проигнорировав слова матери о том, что лучше идти в обход. Опасность прямого и короткого пути, который я выбирала, состояла в колодцах, которые могли быть открыты. Мои родители были убеждены, что я непременно угожу в один из люков, замечтавшись. Безусловно, я была рассеянной, но признаваться в этом даже не думала. Назло всем сомневающимся в моей сосредоточенности, я ходила домой по дороге с люками, считая их. Тем более что так путь из школы занимал всего 15 минут, а в обход – полчаса.

Я шла и пела, сочиняя мотив и сюжет прямо на ходу. «Ты ушёл от меняяяяя, - тихо и трагически вытягивала я, - и я осталась одна...». Слова сами выстраивались в душещипательные фразы, заставляя мои глаза наполняться слезами. Песня сочинялась в ключе необратимости явлений, о какой-то неразделённой любви, поэтому домой я приходила с опухшими красными глазами и влажным носом. В тот день это помогло мне избежать серьёзного разговора с родителями по поводу прописей. Страдания на моём лице они связали с раскаянием, ничего не подозревая о том, что я сама себя так истязаю своими же дурацкими песнями.

Через пару дней после того случая настали каникулы. Радость от переживания конца учёбы тех дней сегодня также горяча в моём сердце. Первый класс дал мне гораздо больше в жизненном плане, но не в академическом. Я научилась врать и раскаиваться, делать самостоятельный выбор, искать друзей и терять их. Имея такие воспоминания, мне трудно серьёзно относиться к оценкам своих детей. Я помню, сколько всего меня тревожило в том возрасте, и как это несоизмеримо трудно было пережить, нежели какие-то двойки по предметам.

В этом году мой сын закончил третий класс. Ещё через год пойдёт в школу дочь... Как когда-то моя мать, я также иногда представляю себя Штирлицем, тайком заглядывая в тетради и дневник Кости. Даю наставления относительно того, каким путём нужно идти в школу. И знаю, что будет всё равно так, как будет, потому что он сам должен научиться выбирать и знать, что для него правильнее.

С каникулами, друзья!

Фото: из интернета

Имя для ребёнка

Меня назвали Катей в честь прабабушки, которой я не застала живой, но которую очень любил и чтил мой отец. Мне нравилось своё имя, однако всё детство я мечтала, чтоб меня называли Настей. Не знаю, почему, просто нравилось, как окликают девочек Настенька, Настюша, Анастасия. В моём представлении это было принцессово имя, окрашенное в персиковые оттенки. Мама как-то рассказывала, что вариант этого имении примерялся на меня, когда я родилась, но дедушка отсёк его, сказав, что я, скорее всего, вырасту большая и крупная, и буду не Настей а Настюхой, и это не дело. Семейным советом утвердили имя Катя. Когда я об этом узнала, то уже ничего нельзя было поделать, поэтому я просто завидовала всем Настям.

Помню, что в садике было несколько Лен, Саш, Жень, Юль, Алёш… Была одна Таня, один Вова и я с именем Катя. А потом в классе было аж три Екатерины, что вынуждало учителей называть нас по фамилии. Тогда я завидовала Гале, Даше и Свете, - их было по одной на имя. Хотелось быть одной единственной, без уточнений, без дополнительных описаний. Надо ли говорить, что своим детям я выбирала исключительные имена?

Во время первой беременности у меня было искушение назвать сына совсем необычно. По узи я должна была родить 6-7 января. Заглянув в православный календарь имён, наткнулась на Валтасара и замерла. «Валтик, Вальт, Валтасарушка» - пробовала я библейское имя на вкус, цвет и мягкость. Муж, сидевший рядом, тоже замер, но не от восторга, который пронизывал меня, а от ужаса. Наверное, в этот момент Вадим своим рациональным умом просчитал все ходы наперёд: сложность выговаривания, изобретения ласковых наречий, дразнилки в школе и потом на работе. Валтасар Вадимович. Нет, не разрешил он мне эту блажь. Костей решили назвать – нормальное русское имя, без выкрутас.

Когда Костя родился, и я впервые посмотрела на него, то мелькнула мысль, может это Антон? Мой отёкший мальчик выглядел щекастым, губастым и даже кудрявым. Позвонила Вадиму, рассказала о своих ощущениях, на том конце радиоволны напряглись и снова замерли. Ладно, подумаем, решила я. Через пару дней отёк с ребёнка сошёл, и стало понятно, что родился совсем не Антон, и тем более, не Валтасар, а Костя. Константин Вадимович. Единственный, кстати, во дворе, в саду и классе.

Со вторым ребёнком история повторилась. Перебирали разные интересные имена: Варвара, Ульяна, Лидия. Я хотела либо Таню, либо Люсю. Остановились на Людмиле. Как оказалось, имя редкое и сопряжённое со многими стереотипами у взрослых. Однажды, когда я гуляла с крошечной дочкой в слинге, ко мне подошла знакомая и спросила, как назвали девочку. Я ответила – Людмилой. Женщина бросила на меня злорадный взгляд и поинтересовалась, зачем мы решили испортить жизнь девочке, и рассказала анекдот про Люську буфетчицу. После этого случая я какое-то время не могла на людях открыто называть дочь по имени, избегая ненужной реакции окружающих, как если бы её звали Малифисентой, а не Люсей. Но однажды одна из мам на улице громко на всю площадку окликнула Феодосия, и я восхитилась её смелостью и материнской силой духа, невозмутимостью и даже непрошибаемостью под атакой острых глаз и языков других людей. С тех пор я тоже не стесняюсь громко окликать свою дочь, которой так идёт её имя. Кстати, больше ни одной Люси младше 6 лет я так и не встретила пока.

Мораль сего рассказа для каждого будет своя!
Поделитесь, как вы выбирали имя для своих детей?

Фото: из интернета

Profile

Екатерина Калинина
femme_ekka
femme_ekka

Latest Month

October 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Taichi Kaminogoya